Американо-украинская мечта

natoМайкл Блейзер умеет воплощать в жизнь то, что другим кажется фантастикой. Несколько лет назад он построил в Хьюстоне умный дом, в котором зеркала трансформируются в телеэкраны, а вместо кондиционеров и обогревателей работают геотермальные тепловые насосы. Стоило местному отделению Американского института архитекторов включить дом в список экскурсионных объектов, как за выходные, к удивлению хозяев, его посетило 5000 человек. Местная пресса окрестила особняк Блейзера домом американской мечты. Бизнесмен, который родился и вырос в Харькове, говорит об этом с гордостью и смущением.

Сделать невозможное возможным он пытается и в Украине. 20 лет рекламирует ее потенциал на Западе, надеясь, что деньги хлынут в страну и обеспечат ей экономический рост. Как результат SigmaBleyzer стала крупнейшим из работающих в Украине фондов прямых инвестиций с активами свыше $1 млрд.

Обучаясь в харьковском институте радиоэлектроники, Михаил Блейзер больше времени уделял студенческому театру. Пропускать лекции ему позволяла феноменальная память. «Я брал учебник, которым пользовался профессор, за ночь перед экзаменом читал и знал наизусть», — вспоминает он. Несмотря на выдающиеся способности, на родине у молодого инженера перспектив не было: по негласному распоряжению Политбюро евреев не брали работу в престижные научно-исследовательские организации. В 1978 году Блейзер эмигрировал в С1ПА с женой и маленькой дочкой, а через три года забрал к себе родителей и младшего брата Льва.

Способность все схватывать на лету позволила Майклу быстро сделать карьеру в новой стране и новой для себя нефтехимической отрасли — в компании Exxon. Блестящий ум и настойчивость — фамильные черты Блейзеров. Отец Майкла, известный в Союзе торакальный хирург, сумел в солидном возрасте получить американский диплом врача и переквалифицироваться в психиатра.

В 1989-м, когда Майкл работал в Брюсселе, к нему в гости приехал родственник жены, харьковчанин Валерий Дема. Дружеские беседы переросли в обсуждение совместных проектов. В начале 1990-х Дема пробовал себя в разных сферах — его группа «Сигма» занималась торговлей, тепличным хозяйством, открыла банк и страховую компанию. «У него был план заманить меня к себе, — улыбается Блейзер. — Он еще тогда хотел выйти на IPO, а я знал, как это сделать». Вникнув в бизнес Демы, Блейзер отговорил его от идеи публичности. Вместо этого партнеры, к которым присоединился Лев Блейзер, занялись обсуждением нового проекта. Рассмотрев несколько вариантов, остановились на инвестиционном бизнесе. «Я увидел в Украине огромное количество инвестиционных возможностей и непонимание того, как привлекать капитал», — объясняет Майкл.

В 1994 голу Блейзеры и Дема втроем стали учредителями компании SigmaBleyzer с офисами в Харькове и Хьюстоне. Остальные свои бизнесы Валерий свернул. Инвестфонд Ukrainian Growth Fund (UGF) I на $20 млн организовали в 1996-м. Первым крупным инвестором стал банк Goldman Sachs. Как новичку отрасли удалось привлечь в клиенты именитого гиганта? «Блейзер знает, как продавать идею, он отличный продавец», — отзывается о бывшем работодателе управляющий директор Dragon Capital Брайан Бест. Украинские власти рекламировать страну не помогали. Более того, когда Блейзер пытался организовать встречу представителей банка с премьером Валерием Пустовойтенко, работники госаппарата ставили его в тупик вопросами: «Кто такой Goldman Sachs? Это какая-то юридическая контора?»

«В Goldman Sachs работали невероятно умные молодые люди, — рассказывает Майкл. — Им не важны были встречи с правительством, они смотрели на размер страны, ее расположение, потенциал». В Украине началась приватизация, и инвесторов привлекала возможность дешево приобретать акции. «В этом бизнесе важно найти первого клиента. Потом все идут за компанию», — отмечает Дема. За пару лет с подачи Блейзера Украину посетили около трех сотен западных инвесторов. Большинство известных инвестбанков, в том числе Salomon Brothers, Morgan Stanley, J.P. Morgan, в то или иное время вкладывались в фонды SigmaBleyzer.

Практически одновременно с Sigma работу в Украине начал фонд прямых инвестиций WNISEF под руководством американки украинского происхождения Наталии Яресько. Отличие этих организаций было в том, что WNISEF финансировался американским правительством, тогда как SigmaBleyzer привлекала деньги частных инвесторов.

В портфель UGF I компания покупала небольшие (5-20%) пакеты акций предприятий разных отраслей. Руководствовались простой идеей: эти пакеты будут дорожать по мере роста украинской экономики. Участвуя в приватизационных аукционах и сотрудничая с компаниями, покупавшими ваучеры у населения, за полтора-два года Sigma накопила пакеты акций более 100 предприятий.

В 1998 году гривна обесценилась, фондовый рынок рухнул, разорив большинство работавших на нем иностранных фондов, и стало понятно, что предпосылок для быстрого подорожания недооцененных компаний нет. Когда украинские власти обмолвились о национализации, Блейзер даже подумывал о сворачивании бизнеса. Но сдаваться не в его правилах. «Люди доверили мне свои деньги, и я не мог их подвести», — говорит бизнесмен. Он решил оставаться в Украине и максимально защититься от влияния внешних факторов. Для этого, начиная с фонда UGF III на $60 млн, инвестбанкиры стали покупать только контрольные пакеты акций. «Пережить катаклизмы можно, если ты сам управляешь компанией», — объясняет Блейзер.

От части приобретенных пакетов решили избавляться, так как не могли или не хотели получить в этих предприятиях контроль, а в некоторых привлекательных компаниях, наоборот, стали увеличивать доли. Через четыре-пять лет работы SigmaBleyzer вышла из всех предприятий, где у нее не было контрольного пакета. «Практически нигде не потеряли деньги, но в отличие от олигархов, работавших как фонды прямых инвестиций, у нас нигде не было и огромных доходностей», — признается Блейзер. По словам Демы, первый и второй фонды обеспечили среднегодовую доходность от 18 до 22%.

Первые предприятия, в которых компания стала стратегическим инвестором, были из отраслей судо-и машиностроения: Севастопольский морской завод, Мелитопольский завод тракторных гидроагрегатов, «Бердянские жатки». Эти проекты стали самыми сложными за всю историю инвестирования, так как объекты требовали основательной модернизации. Директора и работники зачастую воспринимали изменения в штыки. На Севастопольском заводе профсоюз организовал бунт.

Через какое-то время SigmaBleyzer решила сосредоточиться на потребительском секторе. Машиностроение оказалось слишком тяжелым, а в привлекательную энергетику дорога была заказана — там задавали тон богатейшие люди страны. «Потребительский сектор интересовал немногих, потому что там ничего нельзя было украсть, нужно было работать, создавать добавленную стоимость», — отмечает Блейзер.

Первой такой покупкой в потребительском секторе стала фабрика «Полтавакондитер». «Она была небольшой, и мы увидели перспективы для роста», — рассказывает Дема. Ранее SigmaBleyzer пыталась купить долю в кондитерской компании АВК, но не сошлась в цене с ее владельцем. Позже 25% АВК достались WNISEF — это единственный случай, когда интересы двух фондов пересеклись. Вообще представители других работающих в Украине финансовых организаций мало знают о Блейзере, но уважительно отзываются о работе его компании. «Они занимаются добротной аналитикой, секторальной и законодательной работой, продвижением Украины среди инвесторов в США», — говорит руководитель деятельности IFC в Украине Елена Волошина.

В компании сложилась многоступенчатая система анализа информации и принятия решений, но последнее слово при покупке крупных долей было за Майклом. Работой с советским промышленным наследием Блейзер ограничиваться не хотел и искал новую перспективную нишу.

Рынок провайдеров кабельного телевидения только зарождался, на нем работало множество небольших компаний. «Возможности для создания добавленной стоимости были огромные, — вспоминает вице-президент SigmaBleyzer Сергей Булавин. — Также была возможность консолидировать рынок». Блейзер инвестидею объясняет так: «Кабельный бизнес работает всегда, независимо от подъема или спада экономики. Даже наоборот, когда все очень плохо, телевизор смотришь еще больше».

Когда SigmaBleyzer выбирала объекты для покупки, ее специалистов поразила маленькая кабельная компания в Киеве на Троещине, которая обслуживала буквально три дома. Ее владелец сумел построить правильную сеть, изучив зарубежный опыт. Этот пример вдохновил представителей SigmaBleyzer, и через месяц были сделаны первые инвестиции в направление. Заплатив $12 млн за компании «ИнтерВидеоКиев» и «Киевтелемонтаж», SigmaBleyzer получила 450 000 абонентов и более 80% киевского рынка кабельного ТВ. Так появилась компания «Воля-Кабель» — самый успешный и известный проект Блейзера.

После модернизации сети и присоединения региональных игроков «Воля» стала крупнейшим провайдером телевидения и интернета. В 2007 году на пике цен компанию продали фонду прямых инвестиций Providence Equity Partners. Стоимость сделки оценивали примерно в $300 млн, 32% «Воли» осталось у SigmaBleyzer. Всего в телекоммуникации SigmaBleyzer вложила до 100 млн евро. Одним из соинвесторов был ЕБРР «Блейзер мобилизовал большой объем частного капитала для вложения в Украину, в то время таких примеров здесь почти не было», — вспоминает советник главы украинского офиса ЕБРР Антон Усов.

Инвестиции в разработку софта оказались не такими успешными — по словам Блейзера, сказалось неуважение Украины к интеллектуальным правам. Хотя все предпосылки для успеха вроде были: в середине 2000-х подопечная Sigma, софтверная компания Softline, помогала Украине создать электронное правительство. «Традиционно украинская власть была плохим заказчиком, хотя и крупным — она плохо платит», — отмечает Блейзер. К тому же в переходе на электронный документооборот были заинтересованы только на словах.

В 2000-Х Sigmableyzer сформировала интернациональную команду, костяк которой сохранился до сих пор. Главным экономистом стал давний знакомый Блейзера Эдильберто Сегура, который до этого три года руководил представительством Всемирного банка в Украине. Аналитиком взяли молодого американца Брайана Беста, познакомившегося с Майклом через его дочь. По рекомендации в компанию попали многие ключевые сотрудники. Людей, работающих на него, Блейзер мотивировал не только финансово. «Он часто повторял «вы можете, вы способны», говорил, что люди — основное богатство этой страны, но им не дают раскрыть свой потенциал», — делится руководитель направления GR SigmaBleyzer Алла Качурина.

В начале нулевых интеллектуальным ресурсом компании Блейзера решил воспользоваться премьер Виктор Ющенко. Он заказал исследование о том, почему в некоторые страны идут иностранные инвестиции, а в некоторые — нет. SigmaBleyzer изучила опыт 120 государств и построила эконометрическую модель, которая показывала зависимость между экономической политикой и притоком прямых иностранных инвестиций. Блейзер возглавил рабочую группу по привлечению в Украину иностранного капитала.

Результаты исследования — девять условий для улучшения инвестклимата — он представил летом 2001 года членам правительства, послам западных стран и представителям крупных иностранных компаний. По словам Блейзера, реакция на его часовой доклад была прекрасной, чиновники обещали выполнять рекомендации. На этом все и закончилось. «Я точно знаю, что не позволило осуществиться тому, что мы предлагали. Одно слово — номенклатура. Это самая страшная болезнь Украины, которая была и есть», — подытоживает Блейзер.

Бизнесмен решил влиять на инвестклимат в Украине, создав исследовательский центр The Bleyzer Foundation (TBF). В отличие от других фондов прямых инвестиций, компания SigmaBleyzer нацелилась на создание добавленной стоимости не только на микро-, но и на макроуровне. Это свое ноу-хау Блейзер называет гибридной моделью инвестирования.

Исполнительный директор The Bleyzer Foundation Олег Устенко подчеркивает, что его организация работает независимо от акционеров: «Мы инициируем запрос на интеллектуальные исследования и не вмешиваемся в бизнес». Прислушиваются ли к рекомендациям украинские политики? «Наша власть не выполняет рекомендации комплексно, она выбирает то, что ей выгодно. Поэтому реформы серьезно пробуксовывают», — отмечает Устенко. Если до 2008-го TBF привлекала к себе внимание конференциями, то сейчас ушла в тень и сосредоточилась на сотрудничестве с международными финансовыми организациями — чтобы ее не подозревали в лоббировании интересов SigmaBleyzer. Из последних рекомендаций, к которым украинское правительство все же прислушалось, — прекращение в конце 2013 года интервенций на межбанковском валютном рынке. По словам Блейзера, спрос на аналитические услуги The Bleyzer Foundation со стороны украинских властей был всегда, а сейчас так вообще беспрерывные запросы. Но ресурс организации все равно недоиспользуется.

Свой самый крупный фонд, Southeast European Fund (SBF) IV на $326 млн, SigmaBleyzer создала в 2006-м. Этот фонд был рассчитан уже не только на Украину, но и на Румынию и Болгарию. У компании также было множество возможностей инвесгировать в Россию. Почему Блейзер ими не воспользовался? «Я политический беженец из СССР, для меня Союз — это кошмар, это уничтожение человека, — говорит он. — И я всегда боялся России».

На Украину были большие планы. За пять лет фонд SBF IV собирался инвестировать от $15 млн до $30 млн в 10-15 предприятий, работающих на рынках кабельного телевидения, разработки программного обеспечения, здравоохранения, производства и продажи продуктов питания и напитков. Но перед кризисом 2008-2009 годов фонд успел лишь инвестировать $25 млн в розничную сеть «Космо». Кризис заставил SigmaBleyzer пересмотреть отраслевые предпочтения. Как и для других работающих в Украине финансовых организаций, приоритетным стало сельское хозяйство. В 2008-м в SigmaBleyzer перешел Джон Шморгун, сын украинских эмигрантов, который 20 лет проработал в транснациональной корпорации DuPont. «Я хотел создать агрохолдинг в Украине и знал, как это сделать», — рассказывает он.

Удачные условия для инвестирования в отрасль увидели в 2010 году. Ставку решено было сделать на зерновые. В проект Harmelia вошли пять компаний с общим земельным банком в 75 000 га. Инвестиции составили около $100 млн. В сентябре-октябре 2013-го Harmelia объединила усилия с французской компанией Agrogeneration, которая обрабатывала в Украине 45 000 га. Новый совместный проект, названный Agrogeneration, возглавил Шморгун. Сейчас фонду принадлежат 62% в объединенной компании. Блейзер развитием проекта доволен. Были проблемы, связанные с финансированием оборотных средств, но на этот сезон их решить удалось. «Если закончить войну, реализовать потенциал страны, сюда придет столько денег, что Украина будет выращивать 100-150 млн т зерна за год», — рассуждает Блейзер. В розничной торговле и кондитерской промышленности он тоже не разочаровался, но условия работы в этих секторах описывает как неблагоприятные из-за инфляции и девальвации. Война и тяжелая макроэкономическая ситуация откладывают выход из проектов на неопределенный срок. Однако Блейзер не сдается и строит новые планы относительно Украины. «В стране происходят чудовищные события, но есть невероятный потенциал прорыва, которого не было последние 20 лет», — полагает он.

Бизнесмен продолжает агитировать своих соотечественников инвестировать в Украину. Кроме сельского хозяйства его интересуют проекты, связанные с энергоресурсами. «В Техасе столько сланцевого газа, что мы можем завалить им весь мир», — говорит Блейзер. Это не просто теоретические рассуждения — он ведет переговоры с несколькими техасскими компаниями, которых интересуют поставки в Украину. «Некоторые из руководителей этих компаний даже собирались сюда приехать, но жены их не отпустили из-за войны», — сожалеет Блейзер. Конференцию по вопросам газа предприниматель планирует организовать в 2014 году в Хьюстоне.

По мнению Блейзера, инвестиционный климат в Украине сегодня лучше, чем 10 и 20 лет назад. Инвесторам, которые давно пришли в страну, в принципе здесь нравится, уверяет он. Правда, ничего хорошего об Украине они не говорят — мол, возможности здесь есть, но работать очень тяжело. «Если отзывы изменятся, сюда придет столько денег, что мы не будем знать, что с ними делать», — уверен Блейзер. Обоснован ли его оптимизм, покажут результаты третьего и четвертого фондов.


Похожие статьи